Notice: Constant ABSPATH already defined in /home/u2965984/public_html/wp-config.php on line 32
Единство ЕС трещит по швам | communist.ru

Единство ЕС трещит по швам

Кризис существующего мироустройства далеко не всегда выражается в том, что поддержку большинства населения получают действительно революционные силы. Зачастую происходит совсем другое – противоречия между политическими силами, ранее мирно уживавшимися друг с другом, становятся неразрешимыми. Именно это мы наблюдаем в Каталонии, где наконец-то прорвался политический кризис, ставший для Испании логическим продолжением экономического, тогда как предыдущие выступления против «режима 1978 года» оказались безуспешными.

Чтобы понять логику текущих событий, мы должны обратиться к прошлому как Каталонии, так и Испании как целого. Впервые после 1714 г. единый орган власти Каталонии был создан в 1914 г. (Mancomunitat de Catalunya – Каталонское сообщество), и тогда его возглавляла откровенно правая буржуазная партия – Регионалистская лига. В 1925 г. Сообщество было упразднено диктаторским режимом генерала Примо де Ривера. После провозглашения республики в 1931 г. и восстановления каталонской автономии, правительство которой получило старинное название Женералитат, основную роль в каталонской политике играла сила более прогрессивного характера – преимущественно мелкобуржуазная Республиканская левая Каталонии (Esquerra Republicana de Catalunya, ERC). Значимой политической силой стали также коммунисты, сохранялось традиционное влияние анархистов.

6 октября 1934 г., после вхождения в правительство ультраправой партии СЭДА, глава ERC и правительства Каталонии Луис Компанис провозгласил «Каталонское государство в рамках Испанской Федеративной Республики», пригласив другие прогрессивные силы страны присоединиться к восстанию и создать временное антимонархическое и антифашистское правительство. Восстание в Барселоне было подавлено силами центрального правительства куда быстрее, чем начавшееся одновременно восстание в шахтерской Астурии, и до победы Народного фронта на выборах февраля 1936 г. Каталонией вновь управляли назначенные из центра чиновники (сам Компанис был приговорен к 30 годам тюрьмы).

После победы Народного фронта правительство Компаньса было восстановлено, а после начала Гражданской войны большой шаг к усилению своего влияния в регионе сделали коммунисты, объединившись с местной организацией социалистов и двумя малыми партиями в Единую социалистическую партию Каталонии (ЕСПК). В мае 1937 г. ЕСПК и ERC вместе подавили выступление анархистов и близкой к троцкистам ПОУМ против правительства автономии, однако затем отношения между союзниками начали портиться. На закате Второй Испанской Республики основным стало противоречие между сторонниками борьбы до последнего (коммунисты, сторонники Негрина среди социалистов) и сторонниками более или менее почетной капитуляции (часть социалистов и анархистов, а также практически все буржуазные и мелкобуржуазные партии республики). ERC оказалась во втором лагере – каталонской буржуазии было что терять, и она вышла из правительства Негрина, где до конца войны Каталонию представляли коммунисты.

В январе-феврале 1939 г. Каталония была захвачена франкистами, Компаньс бежал во Францию (так же, как президент Испании Асанья, он не стал возвращаться в подконтрольную республиканцам до марта часть Испании). Если сам он был выдан вишистскими властями в руки франкистов и расстрелян в октябре 1940 г., то судьба части каталонской буржуазии, поддерживавшей ERC, была куда более удачной – так, в 1952 г. в Испанию смог вернуться активист ERC и будущий ее глава Эрибер Баррера (его отец Марти́ Баррера, бывший министр каталонского правительства, после возвращения был приговорен к 12 годам тюремного заключения, но переведен под домашний арест). Еще более показательна судьба активиста ERC Флоренси Пужоля – выходец из семьи фабрикантов, он не подвергся преследованиям по окончанию Гражданской войны, несмотря на то, что был призван в республиканскую армию как шофер, и стал во франкистской Испании крупным биржевым игроком и банкиром, отойдя от политики.

Сама ERC, хотя и вела подпольную деятельность и сохранила организацию в эмиграции во главе с близким соратником Компаниса Жозепом Таррадельясом, устранилась от вооруженной борьбы, организованной испанскими коммунистами. В ЕСПК, в свою очередь, произошел раскол – близкие к правому («капитулянтскому») крылу испанских социалистов воссоздали каталонскую организацию ИСРП, хотя коммунистическая часть партии сохранила прежнее название.

После смерти Франко в 1975 г. разрыв с диктаторским прошлым страны был произведен самими деятелями франкистского режима (при соглашательской позиции других политических сил, от периферийных националистов и соцпартии, до еврокоммунистов Сантьяго Каррильо). Если в соседней Португалии, где правый режим был свергнут в 1974 г.,, состояние близких к старому режиму семей, таких как Шампалимо, было конфисковано, а в конституции страны появились фразы о «социалистическом выборе» (впоследствии отменена) и признании «права народов на самоопределение и независимость и на развитие, а также права на восстание против любых форм угнетения» — в Испании была принята конституционно-монархическая конституция, в которой право на отделение автономных сообществ не предусматривалось.

Среди немногих партий, выступивших против конституции 1978 г., оказалась и ERC (вернувшийся из эмиграции Таррадельяс на тот момент был главой временного автономного правительства), зато среди поддержавших конституцию партий были как ЕСПК (большинство в которой в то время составляли еврокоммунисты, и в последующие годы ее сдвиг вправо только продолжился), так и новая ведущая партия каталонской буржуазии – Демократическая конвергенция Каталонии, главой которой стал крупный предприниматель Жорди Пужоль, сын упомянутого выше Флоренси Пужоля.

В том же 1978 г. Конвергенция объединилась с другой правой регионалистской партией – Демократическим союзом Каталонии в избирательный блок «Конвергенция и Союз» (Convergència i Unió, CiU), просуществовавший до 2015 г. На первых выборах в каталонский парламент в 1980 г. CiU получила 27,7 % голосов, социалисты – 22,3 %, ЕСПК – 18,7 % (значительно выше среднего уровня поддержки коммунистов в Испании – 10,7 % на выборах 1979 г.), Союз демократического центра («умеренная» партия наследников франкистского режима) – 10,5 %, ERC – 8,9 %. Последней из прошедших в парламент партий (2,7 % голосов) стали левые андалусские националисты PSA – испаноговорящие выходцы из Андалусии и их потомки традиционно составляют значительную часть рабочего класса Каталонии.

Сформировать правительство не имевшему абсолютного большинства Пужолю удалось со второго раза, когда за него парадоксальным образом проголосовали как депутаты от ERC (для которых любое правительство без CiU оказалось бы недостаточно националистическим), так и «центристы» (для которых другие варианты были бы слишком левыми).

В дальнейшем на левом фланге, несмотря на то, что Каталония всегда оставалась одним из самых левых регионов Испании, происходили распад и разложение – от ЕСПК в 1982 г. откололось просоветское крыло, создавшее (вместе с 4 из 25 депутатов партии в парламенте автономии) Коммунистическую партию Каталонии (в 1984-94 гг. была частью Коммунистической партии народов Испании), а ERC стала малой партией, несравнимой по влиянию с CiU.

В 1986 г., по образцу объединения Коммунистической партии Испании, Коммунистической партии народов Испании и малых партий в Объединенную левую, в Каталонии ЕСПК и КПК создали в 1987 г. Инициативу за Каталонию, однако быстро оказалось, что большинство руководства ЕСПК видят в новом объединении не избирательный блок, а прототип новой, некоммунистической, партии. Коммунистические идеи были окончательно объявлены «устаревшими» (в 1991 г. орган ЕСПК и Инициативы Treball написал сочувственную статью о победе Ельцина над ГКЧП), и в 1996 г. Инициатива за Каталонию разорвала с  КПК и испанской Объединенной левой (в которой КПИ оставалась ведущей силой), немногие оставшиеся там коммунисты создали новую партию – Живую ЕСПК, которая создала новый блок с КПК – Объединенную и альтернативную левую (EUiA). Ставшая открыто антикоммунистической Инициатива объявила себя «экосоциалистической» и добавила в свое название слово «зеленые» (ее аббревиатура с тех пор – ICV).

Все эти годы, до 2003 года, CiU оставалась правящей партией (в 1984 г. вновь сформировала правительство с помощью ERC и испанских  правых, в 1988 г. и 1992 г. – завоевала абсолютное большинство мест в парламенте, в 1995 г. – «лебедь, рак и щука» ERC, социалисты и правая Народная партия на втором голосовании воздержались). В 1996 г. голоса CiU и схожей с ней Баскской националистической партии позволили правым вернуться в общеиспанское правительство (в обмен Народная партия расширила бюджетные и полицейские полномочия правительства автономии), в 1999 г. НП «вернула долг», проголосовав за правительство CiU, получившей меньше голосов (но больше мест), чем Соцпартия.

Ни разу не получив на выборах более 50 % голосов, Пужоль стал бессменным главой Каталонии на 23 года. Его политика заключалась в покровительстве крупному капиталу (в том числе фирмам, связанным с его многочисленной семьей), подчеркивании национальной и культурной специфики Каталонии (на каталанский язык обучения были переведены все государственные школы в автономии) и расширении полномочий автономного правительства путем договоренностей с центром (так, большинство полицейских полномочий, за исключением охраны границ и важных объектов, были на территории Каталонии переданы от Корпуса национальной полиции и Гражданской гвардии Испании местной полицейской службе – Моссос д’Эскуадра). Связи Пужоля с Народной партией, несмотря на идеологические противоречия между испанскими и каталонскими националистами (придя к власти в соседнем Валенсийском сообществе, исторически преимущество каталаноязычном, НП всячески подчеркивала различия между валенсийцами и каталонцами, а «ястребы», вроде ушедшего после пакта 1996 г. главы НП в Каталонии Видаля-Куадраса, выступали против любого расширения полномочий автономии) голосованиями в испанском и каталонском парламентах не ограничивались – его младший сын Олегер Пужоль также вел бизнес с неким Луисом Иглесиасом, зятем бывшего президента Валенсийского сообщества Эдуардо Сапланы).

В 2003 г. господство CiU  в Каталонии наконец было прервано – бывшая в течение 23 лет крупнейшей оппозиционной партией Социалистическая партия Каталонии (наибольший уровень поддержки имевшая в Барселоне и среди испаноязычного населения) образовала левоцентристское правительство вместе с ERC и выступившими единым избирательным блоком ICV и EUiA (ведущей силой в этом блоке была ICV, его более правая составляющая). Трехпартийное правительство распалось в 2006 г. из-за разногласий по поводу нового статута (конституции) Каталонии, однако, после выборов было воссоздано вновь и проработало полный срок работы парламента 2006-2010 гг.

Надо отметить, что это правительство было не подлинно социалистическим, ни революционным – СПК фактически являлась и является каталонским филиалом общеиспанской ИСРП, ныне покойная активистка СПК Карме Чакон в 2008-2011 г. была министром обороны Испании, неся ответственность за действия ее войск за рубежом (включая интервенцию в Ливию). ERC и ICV в 2011 г. также поддержали участие Испании в интервенции; все эти партии также были лояльны и Евросоюзу (ERC – за независимое членство Каталонии в ЕС, остальные – за сохранение членства Испании). Несет ответственность СПК, вместе с ИСРП, и за «меры жесткой экономии», которые начали применяться в Испании вскоре после начала экономического кризиса в 2008 г., и за реформу трудового законодательства 2010 г., вызвавшую в ответ всеобщую забастовку,  и за конституционную реформу 2011 г., сделавшую предельные цифры бюджетного дефицита, установленные Евросоюзом, обязательными как для общегосударственного бюджета, так и для бюджетов автономий.

После того, как ИСРП дискредитировала себя по сути правой экономической политикой, уличная и электоральная политика в Испании качнулись в разные стороны – с одной стороны, в мае 2011 г. состоялись крупные уличные акции под левыми лозунгами, с другой же – в ноябре 2010 г. CiU победила на выборах в Каталонии (более 50 % голосов ей набрать не удалось – правительство было сформировано, когда СПК воздержалась при голосовании), в июне 2011 г. СПК впервые с 1979 г. потеряла пост мэра Барселоны (его занял представитель CiU Ксавьер Триас), а в конце 2011 г. НП победила на общеиспанских выборах.

Начавшая еще более грабительскую политику «экономии» по отношению к народу Испании НП могла мобилизовывать сколько-нибудь значимое число сторонников лишь на обещаниях «порядка» и националистическом популизме (под лозунгами борьбы с каталонским и баскским сепаратизмами у нее нашлось несколько конкурентов на правом фланге – откровенно ультраправая партия Vox и более либеральные «Союз, прогресс и демократия» и «Граждане», начавшие в 2005 г. как партия, действовавшая только в Каталонии). Сплачивая ностальгирующих по временам Франко, НП добивалась прямо противоположного отношения на периферии выходками вроде вручения наград барселонским ветеранам «Голубой дивизии» представительницей правительства в Каталонии, или нацистских жестов и франкистских флагов у деятелей молодежной организации НП в Валенсии.

Добавить к обстановке в Испании 2010-х годов можно также многочисленные коррупционные скандалы, изрядно уронившие репутацию королевского семейства (в 2011 г. в коррупции был обвинен зять короля Иньяки Унадагарин, сам же король стал мишенью критики, когда стало известно, что он сломал ногу во время охоты на слонов в Ботсване за счет испанского бюджета – в конечном счете в 2014 г. Хуан Карлос отрекся в пользу своего сына Филиппа VI), НП (перечислить все случаи, когда деятелей этой партии ловили на коррупции, было бы трудно) и самой CiU (возглавивший коалицию в 2004 г. и правительство автономии в 2010 г. Артур Мас был вынужден отодвинуть на задний план окружение Пужоля, включая генерального секретаря Конвергенции Ориоля Пужоля, ушедшего из политики в 2014 году).

Политика испанского правительства вызвала бурный рост каталонского сепаратизма (поддержка отделения колебалась между 15 и 20 % до кризиса, составляла около 25 % в момент избрания НП и превысила 45 % уже в 2013 году). Мас и его окружение решили возглавить этот процесс, поскольку отток избирателей к ERC становился очевиден. НП же не нашла ничего лучшего, чем грозить сепаратистам формальной невозможностью отделения и принятием силовых мер в случае проведения референдума или одностороннего провозглашения независимости. Внутренний кризис начался и в СПК, занявшей также в целом централистскую позицию – в 2012 г. из партии вышел брат бывшего главы автономии Паскуаля Марагаля (к тому моменту ушедшего из политики по болезни) Эрнест Марагаль, создавший сепаратистскую Новую левую Каталонии (NECat), в 2014 г. к нему присоединилось еще несколько видных деятелей партии, с которыми NECat объединилась в Левое движение (MES).

На досрочных парламентских выборах в ноябре 2012 года ERC впервые стала второй по числу голосов партией, обойдя СПК, и своими голосами позволила сформировать новое правительство CiU. Впервые в парламент автономии попал, набрав 3,5 % голосов, Список народного единства (Candidatura d’Unitat Popular, CUP) – объединение нескольких левых сепаратистских организаций, открыто выступающих не только за независимость Каталонии, но и за выход из ЕС и НАТО (как CiU, так и ERC постоянно заявляли о независимой Каталонии как о будущем члене ЕС, несмотря на поддержку, которую Меркель и власти ЕС высказывали испанским властям).

Тем временем в остальной части Испании «старым» Объединенным левым (т.е. КПИ и союзникам) не удалось существенно нарастить поддержку (как и более радикальным партиям, крупнейшей из которых была Компартия народов Испании), зато в 2014 г. возникла новая организация, быстро набравшая популярность – коалиция «Подемос» («Мы можем»), составленная деятелями социальных движений, представителями нескольких малых левых партий (преимущественно троцкистского толка – наибольшую роль сыграла входящая в «Воссоединенный IV Интернационал» Антикапиталистическая левая), а также ряд «университетских левых» и медийных персон. Несмотря на усилия троцкистов, руководящие должности в коалиции (затем превратившейся в партию) заняли именно «говорящие головы» из испанских СМИ, включая лидера «Подемос» Пабло Иглесиаса. По мере роста популярности движения падал и его первоначальный радикализм – достаточно сказать, что сейчас «Подемос» исключили из программы даже выход из НАТО и ликвидацию монархии, сосредоточив критику в основном на персоналиях из НП и ИСРП.

Поддержка независимости Каталонии как населением, так и политическими партиями региона в 2014 года достигла своего пика – после отклонения испанским парламентом предложения о проведении референдума в Каталонии о независимости (согласно испанской конституции, выносить вопросы на референдум может только национальный парламент), парламент Каталонии принял в сентябре 2014 года закон о «не являющихся референдумами народных опросах» («Llei de consultes populars no referendàries»), поддержанный даже СПК. 27 сентября 2014 г. распоряжение о проведении «опроса» (от референдума отличающегося только названием) 9 ноября 2014 г. было подписано Масом, однако после запрета правительства Испании и Конституционного суда 14 октября правительство отменило плебисцит как официальное мероприятие, проведя не имеющий официальной силы опрос, средства на проведение которого были выделены негосударственными организациями и частными лицами.

В опросе (с вопросами «Хотите ли Вы, чтобы Каталония стала государством?» и, в случае положительного ответа, «Хотите ли Вы, чтобы это государство было независимым?») приняло участием более 2,3 миллионов человек, из них «Да» на оба вопроса ответило более 80 % (10 % получил ответ «Да, нет», поддержанный меньшей частью CiU – Демократическим союзом). После этого Мас в январе 2015 г. под договоренности с лидером ERC Ориолем Жункерасом объявил о проведении досрочных выборов «плебисцитарного» характера, пригласив создать предвыборную коалицию всем сепаратистским силам. Большинство Демократического союза Каталонии выступило против независимости и разорвало коалицию с Конвергенцией, меньшинство создало ставшую новым партнером Конвергенции партию «Демократы Каталонии».

Еще до каталонских выборов, в мае 2015 г. в Испании состоялись муниципальные выборы и выборы в большинство парламентов автономных сообществ, покончившие с абсолютным доминированием НП в пользу ИСРП, «Подемос» и Объединенных левых (последние две партии выступили единым списком во многих муниципалитетах, но не в автономиях).

НП лишилась постов мэров Мадрида (пост заняла беспартийная Мануэла Кармена из коалиции «Аора Мадрид», объединившей «Подемос» и ОЛ) и Валенсии (Жоан Рибо́ из экологистской партии «Комромисс»). CiU потеряла пост мэра Барселоны – при поддержке «Подемос», ICV и EUiA этот пост заняла известная активистка движения пострадавших от ипотек (в условиях роста безработицы множество людей было выселено банками) Ада Колау. Левоцентристские правительства сменили НП в Арагоне, на Балеарских островах, в Валенсийском сообществе, Кантабрии, Кастилии-ла-Манча, Эстремадуре, а также правительство правой UPN в Наварре. Удержались правительства НП лишь в Ла-Риохе, Кастилии-и-Леоне, Мадридском сообществе и Мурсии.

Однако эти же выборы и распределение постов показали, что Объединенные левые тянутся за «Подемос», а «Подемос» — за ИСРП (отказавшейся от признания права на самоопределение), и каталонский кризис отнюдь не ослабел. В сентябре 2015 г. состоялись выборы в Каталонии, на которых из сторонников независимости выступила как самостоятельная сила только CUP (значительно улучшившая свои результаты – 8,2 % голосов), остальные (Конвергенция, ERC, MES, «Демократы» и т.д.) образовали блок «Junts per Sí» (JxS), получивший 39,6 % голосов. На противоположном фланге каталонской политики главной партией стали вышедшие на общеиспанскую арену «Граждане» (17,9 % голосов), тогда как влияние СПК и НП продолжило падать (12,7 % и 8,5 % голосов). Выступившие за право на самоопределение, но отрицательный ответ по вопросу о независимости CSQP (коалиция «Подемос», ICV и EUiA) не смогла повторить барселонский успех, получив лишь 8,9 % голосов.

Сформировать правительство буржуазные сепаратисты смогли лишь благодаря голосам CUP, в обмен потребовавшей отставки Маса – оставшись лидером «Конвергенции», он уступил пост главы правительства однопартийцу Карлесу Пучдемону.

Вскоре новая волна политического кризиса в Испании показала, что «Подемос» и их союзники не стремятся к ниспровержению сложившегося в стране режима – в результате очередных выборов в декабре 2015 г. в Испании сложился парламент, в котором партийное большинство никак не вырисовывалось (28,7 % голосов у НП, 24,3 % у «Подемос», ОЛ и «Компромисса», выступивших вместе в Каталонии и Валенсии и по отдельности в остальных регионах, 22 % у ИСРП, 13,9 % у «Граждан»). В Каталонии «En Comú Podem» (очередная конфигурация на безе «Подемос») стала в условиях бойкота CUP самой популярной партией, тогда как ERC опередила Конвергенцию (соглашение о создании JxS не распространялось на общеиспанские выборы).

Правые СМИ стали запугивать обывателей мнимым «радикализмом» «Подемос», и ИСРП предпочла заключить соглашение с правыми «Гражданами», а потом искать поддержки у парламента для такой конфигурации. Ни справа, ни слева эта коалиция поддержки не нашла, а внепарламентские способы давления «Подемос» не применили, и парламент (при  сохранении старого правительства в качестве исполняющих обязанности) доработал до автоматического роспуска в связи с невозможностью сформировать правительство.

На новые выборы в июне 2016 г. «Объединенные левые» пошли в качестве младшего партнера «Подемос» — таким образом, за исключением малых партий (крупнейшая из них – Компартия народов Испании – получила лишь 0,09 % голосов), ни одна выступающая против НАТО и монархии общеиспанская сила на выборы не шла. НП удалось улучшить результаты до 33 % голосов, ИСРП получила 22,6 %, «Подемос» с союзниками – 21,1 %, «Граждане» — 13,1 %. Чтобы сформировать правительство, НП оказалось недостаточно поддержки «Граждан» — со второго раза правительство удалось сформировать после того, как большинство (68 из 84, при 15 против и одном отсутствующем) депутатов ИСРП воздержались.

Таким образом, наименее готовые к переговорам (о расширении полномочий автономии в обмен на отказ от независимости, о согласованном проведении референдума и т.д.) силы удержались у власти в Испании, ИСРП дискредитировала себя как партнер по переговорам, а в Каталонии Конвергенцию (после выборов была переименована в Каталонскую демократическую партию, а затем в Каталонскую демократическую европейскую партию — PDeCAT) всё больше опережала по популярности ERC (которая, в свою очередь, имеет основания опасаться перетока своих сторонников к CUP) – столкновение оказалось неизбежным. Явно же антидемократический подход правительства Испании ко всему населению Каталонии (для всех каталонцев, кроме составляющих заведомое меньшинство сторонников НП, «Граждан» и СПК, у старого/нового правительства Рахоя не осталось никаких слов, кроме угроз принуждения) заставили выступить в защиту референдума и каталонское отделение «Подемос», и прочие левые силы, большинство из которых отделение как таковое не поддерживают.

Отказ от референдума превратил бы нынешнюю власть Каталонии (составленную из представителей PDeCAT и ERC) в политический труп; также и НП, несколько лет призывавшая к «твердости», сдать назад уже не могла. Подчеркнутая «европейскость» сторонников Маса таким образом, более не могла вступить им в конфликт как с испанскими властями так и, косвенно, с общеевропейскими, поддержавшими испанское правительство.

После нескольких месяцев переговоров между членами правящей в Каталонии коалиции и другими выступающими за независимость организациями, 9 июня референдум (с единственным вопросом о создании независимого государства с республиканским строем) был назначен на 1 октября 2017 г., и 6 сентября парламент Каталонии принял закон о проведении референдума; 8 сентября – закон о временном устройстве государства в случае положительного результата.

8 сентября 2017 г. Конституционный суд Испании объявил закон о референдуме Каталонии неконституционным; объявил в своем интервью незаконным референдум и председатель Европарламента Антонио Таяни (итальянец из партии Берлускони). Верховный суд Каталонии (занимающий в конфликте сторону центрального правительства) отдал приказ всем полицейским силам сорвать референдум, изъяв урны – однако в лояльность каталонской полиции центральным властям испанское правительство уже не верило, и в регион были стянуты испанские Национальная полиция и Гражданская гвардия.

Дальнейшее известно – сил испанских полицейских хватило на нанесение травм нескольким сотням человек (с соответствующим изменением настроений в пользу независимости), но не на срыв референдума. Организаторам удалось посчитать 2 262 тысячи бюллетени (42,34 % избирателей региона), из которых 91,96 % проголосовало за независимость. Однако еще несколько сотен тысяч бюллетеней всё-таки оказались в руках полиции – скорее всего, за независимость действительно высказалось абсолютное большинство избирателей (по закону о проведении референдума порог явки установлен вообще не был).

К настоящему моменту свое слово стали говорить трудящиеся Каталонии – в преддверии обещанного провозглашения независимости забастовку 3 октября 2017 г. объявил ряд предприятий, включая транспортные; сторонники независимости перекрыли крупные трассы.

Вопреки сказкам о «конце истории», именно правительство образцово выполнявшего рекомендации ЕС и МВФ Рахоя привело к новому конфликту в «старой Европе». Каков бы ни был его исход – прежним Пиринейский полуостров уже не будет, а в единство ЕС вбит уже второй основательный гвоздь.

Oleg Kamalov

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *