Май 10, 2017

 

В последнее время часто стало попадаться мнение, что кандидат от партии НацФронт на прошедших французских выборах, Марин Ле Пен, — это ни разу не кандидат от фашистской партии, да и сам кандидат не фашист. Это, якобы, становится понятно, если читать программу кандидата.

Начнем с программы. Если внимательно прочесть все 25 пунктов НСДАП, то тоже не сразу станет понятно, а что там страшного-то? Между прочим, на этот прием покупалось не одно поколение русских наци или тех, кто им симпатизировал. А если вспомнить, что писал господин Муссолини, то вообще весь фашизм надо относить по лагерю «левобуржуазной политики». Если кто не знает, то консерваторы так и делают, говоря, что если судить по программе Муссолини, то он левый и мало чем отличается от социалистов.

Вообще, стоит всегда помнить, что даже программа НСДАП не тянет на обывательское понимание «фашизма», тем более на «классическое определение» Димитрова (впрочем, товарищ Димитров в своём докладе в качестве фашистов упоминал тех, кто не подходил под его же определение). Более того, если уж говорить о самой программе нацистов, тем более итальянских фашистов, за эту программу сейчас в России проголосовал бы большой процент населения страны.

Так что апелляция к формальной «нефашистскости» программы — это подмена понятия. На самом деле, уже в программе НСДАП виден фашизм, как и в программе Ле Пен.

В обеих программах виден упор на сиюминутные цели, на защиту рядовых членов буржуазного класса и мелкой буржуазии, как класса. У НСДАП это доходит до национализации крупной промышленности, обязательства создания устойчивого «среднего сословия» и разделения крупных торговых предприятий между мелкими торговцами.

В обеих программах видно отрицания классовой борьбы и примиренческая программа в отношении классов — нет ни буржуазии, ни пролетариата, мы против классовой борьбы — она, якобы, снимается в единой нации. Чтобы эта единая нация состоялась, нужен определенный враг. Как и у НСДАП, в программе НацФронта этот «единый враг» есть — это мигранты и понаехавшие, отдельный упор сделан на борьбу с исламизмом. Последнее является отличием от программы НСДАП, где иностранцы считаются нежелательным элементом, но врагами де-факто оказываются евреи, зато у французского НацФронта — исламизм. А, судя по риторике и практике, все кто ислам исповедует — автоматически берутся под подозрения (это не идёт в разрез с тем, что куча французских мусульман проголосовала за НацФронт, в Веймарской Германии за нацистов массово голосовали рабочие и женщины, то есть те самые слои, которые потом подвергнуться материальным лишениям, голоду, усечению гражданских прав).

Еще по теме:  Успех словацких неонацистов, как отражение успехов европейских ультраправых

Тут стоит отметить, что во многих развитых странах уже давно, лет эдак 15, распространяется концепция «Вместе с рабочими против иммигрантов» — защита рабочих мест для «своих» от мигрантов, которые им угрожают. На самом деле, никакой защиты нет — подавляющее большинство ультраправых и неофашистских партий, которые что-то подобное отстаивают, а таковой партией является и НацФронт, всю защиту сводят к усилению роли государства и полицейскому вмешательству в систему регулирования рабочей силы. Ни о каких рабочих организациях, например, профсоюзах, речь не идёт. Более того, в силу программных положений того же НацФронта — усиление государственного вмешательства, националистическая риторика единения всей нации, решение классовых проблем в виде ограничения доступа иностранцев на национальный рынок рабочей силы, усиление карательного аппарата государства, — можно говорить о том, что по профсоюзам и рабочим организациям планируется наносить удары до тех пор, пока они не будут окончательно уничтожены.

Так же как и НСДАП, НацФронт в своей программе требует создания сильного государства, делает отдельный упор на милитаризации страны и усилении полицейских мер. И, понятное дело, что для них важно заиметь «колонии для французской нации» и отстоять свой суверенитет. Ну прямо как в первых статьях программы НСДАП, где говорилось о равноправии немцев. Времена, правда, не те, так что тут приходится «бороться против ЕС«. При этом, за всей этой борьбой проглядывает «дайте нашему капиталу больше пространства«. Для этого Марин устраивает тур по бывшим африканским колониям Франции, в очередной раз обозначая присутствие метрополии в странах-полуколониях.

Сильное отличие от НСДАП — это упор не на «кровь и почву», а на культуру и гражданскую принадлежность. В связи с этим, можно говорить о том, что программа НацФронта не является расистской. Другое дело, как это воспринимается рядовым составом НацФронта? А тут-то всё просто, это как с Трампом: сам Трамп, его зять Кушнер — никоим образом не являлись фашистами, их можно было бы назвать национал-консерваторами, хотя и с большой натяжкой. Зато в сторонниках Трампа неофашистов было не просто много, складывалось ощущение, что там они через одного, что было не совсем так (хотя многие, кто голосовал за Трампа разделял шовинистические, расистские и, в определенных случаях, парафашистские установки).

Сама Ле Пен твердолобой фашистской не является, как и многие в её партии — она скорее относится к национал-консерваторам. Тем не менее, среди сторонников НацФронта, особенно на среднем и низовом уровне, полно именно фашистов.

Еще по теме:  Как в 1883 помещик-капиталист попытался создать колхоз, раскулачить кулаков и что из этого вышло

В итоге, формально партия ультраправая (национал-консерваторы), но с сильным низовым фашистским активом, с риторикой, которая прямо совпадает с неофашистской (достаточно вспомнить выступления племянницы Ле Пен — Марион Марешаль), с целями, которые по большому количеству направлений совпадают с программными целями исторических фашистских партий.

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *