Март 18, 2017

Ультраправые движения не стоят на месте и старательно эволюционирует, пытаясь приспособиться к изменениям в современной буржуазной либерально-демократической системе. Этим они представляют серьёзную угрозу для общества, поскольку умеют скрывать свои настоящие намерения и установки.

Именно из-за необходимости понимания того, играя на каких полях «новые» ультраправые пытаются привлечь к себе внимание и пополнить свои ряды, и объясняется появление нижестоящего текста. Ярким примером приспособления к новым обстоятельствам является итальянская неофашистская партия (скорее движение) CasaPound.

CasaPound берет свое название от американского поэта и фашистского симпатизатора Эзры Паунда. В условиях электоральных успехов ультраправых популистов из Лиги Севера и Национального Альянса, движение развивалось довольно оригинально и в полной мере на классических фашистов нисколечко не походило. Это привлекло к ним внимание ряда, мимикрирующих под респектабельных правых, близких к неофашистам, течений среди англо-американских ультраправых, более известных как «альтернативные правые». Редактору одного из журналов этого направления, Radix, лидер движения Джанлука Янноне дал интервью.

Согласно редактору, основанное в 2003 году движение предпринимает свою политическую деятельность, базируясь на низовом активизме, который сфокусирован на культуре, локальной деятельности и ряде других направлений, включая, конечно же, и уличную активность.

— CasaPound до сих пор не очень известна в англоговорящих странах, даже в тех, где активны ультраправые. Вы не могли бы представить ваше движение нашим читателям и описать его? Как велика CasaPound? Сколько у вас членов и сторонников?

Во-первых, привязывать CasaPound к ультраправым — это несколько ограниченно. CasaPound Италия — это политическое движение, организованное как ассоциация для продвижения социальных [проблем]. Оно начинается справа и идет сквозь весь политический спектр. Право и лево — это два устаревших политических видения, нам надо дать рождение новому синтезу. CPI (CasaPound Италия) насчитывает более четырех тысяч членов по всей Италии, но поддержка, которую мы получаем день за днем, — гораздо больше… Просто представьте себе, что Студенческий блок (Blocco Studentesco), наша студенческая организация, получил одиннадцать тысяч голосов в Риме и провинции (прим. По всей видимости, имеется ввиду Лациум, центральная область) на студенческих выборах.

— Расскажите нам немного лично о себе.

Я родился в августе 1973 и занялся политическим активизмом в 14 лет в Молодежном фронте (Fronte della Gioventù) в Акка Ларенция, одном из римских предместий. С тех пор я не переставал быть частью этого [политического] мира. Журналист с 1999, я работал на ТВ и радиостанциях, а также писал в национальные СМИ о международных конфликтах, литературе, кино и музыке.

— Почему вы стали политически активным? Где то событие, действие, быть может личность, которые запустили ваш политический активизм.

По правде сказать, вообще-то, не было какого-то одного события. Я думаю, это просто была судьба.

— Каковы основные направления политической деятельности установки CasaPound, как краткосрочные, так и долгосрочные?

CPI работает над всем, что касается жизни нашей нации: от спорта до солидарности, культуры и политического курса. Для спортивной деятельности у нас имеются футбольные команды и [спортивная] академия. Мы играем в хоккей, рэгби, прыгаем с парашютом, боксируем, изучаем бразильское джиу-джитсу, плаваем с аквалангом, ходим в походы в горы, занимаемся спелеологией. В целях солидарности — у нас есть команды оказания скорой помощи, мы занимаемся сбором средств для каренов (прим. Бирманские христиане-сепаратисты), мы предоставляем помощь сиротам и матерям-одиночкам. У нас есть телефонная линия «Расскажите это CasaPound» (Dillo to CasaPound), которая работает 24/7 и дает бесплатную юридическую и налоговую консультацию. На культурном поле мы поддерживаем авторов и устраиваем книжные презентации. У нас есть художественный клуб, театральная школа, бесплатное обучение игре на гитаре, на басу, на барабанах. Мы создали художественное направление «турбодинамизм» (Turbodinamismo). У нас есть издательская фирма, несколько книжных магазинов и веб-сайтов. На политическом уровне мы поддерживаем ряд законопроектов, таких как «о социальной ипотеке» (Mutuo sociale), «время быть матерью» (Tempo di essere Madri) или против приватизации водоснабжения и ещё много всяких. Говорить о CPI всегда было непросто, поскольку все эти вещи и есть CASAPOUND. Все они отражают наши установки и проекты в данный момент и в далеком будущем (прим. millennium — одновременно означает «золотой век», тысячелетие и «тысячелетнее царствование Христа» — то есть, имеет библейские и эсхатологические отсылки. Учитывая поддержку традиционных, католических-христианских воззрений на ряд общественных явлений, это не оговорка, а отражение групповых установок. Кстати, вполне характерных для итальянских ультраправых, у которых в число «западных ценностей» входит и христианство).

— Есть ли у вас значимые связи с группами и партиями вне Италии?

Нет.

— Первое же, что поражает людей в англоговорящих странах, это имя вашей группы, которое, безусловно, ссылается на известного американского поэта Эзру Паунда. Насколько для вашего движения важны идеи Паунда? Почему вы решили включить его имя в название вашего движения?

Эзра Паунд был поэтом, экономистом и художником. Эзра Паунд был революционером и фашистом. Эзре Паунду пришлось страдать за свои идеи, чтобы заставить его замолчать, его посадили на десять лет в тюрьму. Мы рассматриваем Эзру Паунда, как свободного человека, который заплатил за свои идеи. Он символ «демократических взглядов» победителей (прим. Между прочим — это именно так. В США его посадили. Между тем, сами фашистские режимы не церемонились, часть противников отправлялись в концлагеря, а часть просто убивалась. И это было характерно абсолютно для всех режимов, вне зависимости от страны, региона или континента).

— Эзра Пайнд, это ещё и имя, которое обычно ассоциируется с антисемитизмом. Часть [людей] автоматически рассматривает его упоминание как «боевой клич» антисемитизма. Могли бы вы прояснить позиции CasaPound по отношению к евреям и Израилю?

Связать Эзру Паунда и антисемитизм — это всё перевернуть. Для CasaPound это ровно тоже самое, это не имеет смысла. Это правда, что мы против израильской политики по отношению к палестинцам, против бомбардировок гражданских лиц и за эмбарго [Израиля], за международную помощь. Озвучить такое, не означает быть антисемитом, это значит просто анализировать факты.

— Вы также известны своей антиростовщической риторикой. Большинство разумных людей оппонируют чрезмерному ростовщичеству, но вы оппонируете вообще всему? Если нет, где начинается созидательный кредит и разрушительное ростовщичество?

Ростовщичество — это худшая вещь [на свете]. Это голова спрута. Это то, что инициирует войны, которые крутятся вокруг Средиземного моря, которые производят нелегальную иммиграцию и разрушения. Это то, что создает безработицу, долги. Это то, что угрожает будущему наших детей, что делает их слабыми и готовит их резню.

— Моё впечатление от CasaPound таково, что это по большей части низовая организация, которая успешно действует на «арене уличной политики». Которая строит [групповую] идентичность и сообщество через марши, парады и действия, чем через обычные выборы. В англоязычных странах уличная политика ультраправых аукнулась в прошлом, позволяя ведущим СМИ рисовать крайне отрицательный образ Национального Фронта в 1970-х, а в дальнейшем и БНП. Из-за этого БНП избегает [рассматривать] улицу как политическую арену. Успех вашей группы позволяет судить, что улица — это более приемлемая политическая арена для правых в Италии. Как вы думаете, почему это так? В чем разница, которая обусловила это?

Во-первых, Англия никогда не была фашистским государством. Это большое культурное отличие. Так же, как я говорил ранее, CPI работает над рядом проектов, применяя разные методы: от конференций до демонстраций, распространения информации, постеров. Важнейшая вещь — это генерировать контр-информацию и оккупировать территорию. Это основное — создать сеть приверженцев, а не фокусироваться на выборах. На выборах вы соревнуетесь с хорошо финансируемыми группами, и только с одним или двумя избранными людьми вы не сможете хотя бы что-то изменить. Политика для нас — это сообщество. Это вызов, это утверждение. Для нас, политика — это пытаться быть лучше каждый день. Вот почему мы говорим, что если мы не видим вас, это потому, что вы отсутствуете (прим. Ниже станет понятно, что в условиях самофинансирования, фашисты делают упор на физическом, материальном присутствие в тех точках, где возможно максимальным образом охватить много людей, при этом претендуя на культурно-идеологическую обработку. У партий, у которых с финансированием все в порядке, это не является вопросом выживания, в крайнем случае, они заплатят деньги за эфир, рекламу и т.д.) Вот почему мы на улицах, в компьютерах, в книжных магазинах, в школах, в университетах, в гимназиях, на вершинах гор или в газетных киосках. Вот почему мы [видны] в культуре, социальной работе и спорте. Это постоянная работа.

— В силу разницы между Британией и Италией, вы думаете лучше было бы ультраправым в Британии избегать уличной политики? В этом контексте, каков ваш взгляд на EDL (English Defence League), группу, которая обычно рассматривает улицу как свою арену или форум?

Я полагаю, что EDL продолжает стоять на позициях «столкновения цивилизаций». Для меня и Casa Pound, это провоцирует своего рода отвращение. Если британская правая свелась к этому, тогда давайте лучше поговорим о футболе.

Послесловие. В дальнейшем часть членов Casa Pound приняло участие в местных выборах, пользуясь расположением или, скорее, индифферентностью других итальянских популистов из числа сторонников Беппо Грилло. В отношение же интервью хочется отметить очень важный момент: поскольку конкурировать с крупными партиями движение не может, оно избрало тактику, которая помогает ему оставаться на плаву и выживать — активное участие в общественной жизни, направленное на построение сетей приверженцев, в таких областях как спорт, туризм, книгоиздательская деятельность, клубы, юрконсультации и прочее. Формально «не партийная», реально же — действия в этих отраслях позволяют идеологически и культурно обработать возможных будущих приверженцев. Это позволяет группе купировать финансовое неравенство с соперниками на правом поле, а то, что группа была обречена рано или поздно участвовать в выборах и в полноценной политике, было ясно с самого начала.

Кристо Аргириди

Еще по теме:  Из неправленной стенограммы выступления И.В. Сталина на встрече с украинскими литераторами
Tagged with:     ,

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *