Ноябрь 3, 2016

Вообще-то, где-то год назад глава ФБР Джеймс Коми удивил либералов в самом лучшем смысле этого слова. Он произнес «потрясающую речь» о сложных, непростых взаимоотношениях между полицией и афро-американским меньшинством.

В этой речи, Коми заявил, что полицейские действительно смотрят по разному на белых и черных граждан, особенно если им приходится в работать высококриминализированных цветных районах. В своей речи директор ФБР подчеркнул, что неплохо бы наладить «здоровый диалог» между протестующими в Фергюссоне и полицейскими силами. С уважением к двум сторонам и к закону.

«Все из нас, в правоохранительных органах, должны честно признать, что большая часть нашей истории не очень хороша», заявил Коми, комментируя долгую историю отношений между цветными и стражами порядка в США.

Более того, Коми признал наличие расизма внутри американской полицейской службы. Он даже вспомнил, что название автобуса, перевозящего заключенных, «вагон Пэдди», отсылает ко временам, когда ирландцы в США считались людьми второго сорта. Впрочем, по его словам, это и близко нельзя сравнить с тем, что испытывают сейчас цветные.

Коми умудрился даже вспомнить бедности массы цветных, массовой безработице, семейных проблемах, отсутствия нормального образования и прочих, почерпнутых из социологических работ, проблемах, с которым сталкиваются в США масса афро-американцев. Он предложил принять ужесточить законодательство, регулирующее применение оружия полицейскими и создать отдельный орган(ы), который(е) бы информировал общественность о стрельбе с участием полицейских.

Эта речь произвела мощнейшее впечатление. В 2015 году не было того либерального издания, которое бы не похвалило Коми или, по крайней мере, не отметило бы тепло его речь.

Всё изменилось буквально на днях. Политика, мать её женщина.

Для начала, что нам известно со слов либералов.

Итак. Поначалу глава ФБР, по согласованию с МинЮстом, рассмотрев дело Клинтон (то самое, где фигурирует её домашний сервер и секретные сведения, которые с него передавались), решил не давать ему хода.

Республиканцы были в ярости, что понятно — рыба мощно соскочила с крючка, и заявили, что будут пытаться продавить снятие Клинтон с президентской дистанции, используя свой контроль за Конгрессом. Но не заладилось, так как доказательств утечки сверхсекретной информации за границу так и не было предоставлено.

К слову, тут стоит напомнить, что Коми — республиканец. Поэтому, его партийная принадлежность свидетельствовала в пользу его «честности и объективности» (на самом деле — нет, его партпринадлежность не имела и не имеет к этом никакого отношения).

Итак, почему же Коми решил не привлекать Клинтон к ответственности? Потому что единственный закон, который подходил — это закон «о шпионаже» аж 1917 года! Поскольку в США прецедентное право, очень важно правоприменительные практики, прецеденты. И вот тут случился первый облом — ни одного гражданского по этому закону к суду не привлекали.

По этому закону, а также законодательству, которое было принято в 1941 году, требовались четкие и точные доказательства вины и последствий для интересов США. Что характерно, основную массу «шпионов» судили по военным законам. Военные же суды — это уже совсем другая юрисдикция, которая, к тому же, имеет более жесткое наказание. Вряд ли бывшего Госсекретаря и сенатора потащат в такой суд, так что это так же отпадает.

Когда в ответ на отказ ФБР к привлечению Клинтон один из Конгрессменов начал обвинять Коми в двойных стандартах, тот ответил, что

они были бы, «если бы она были привлечена к ответственности за грубую небрежность», поскольку такое действие будет означать «охоту за известностью».

В общем, хотя Республиканцы давно точат зуб на Клинтон, посадить её они тогда так и не смогли. Как не смогли годами ранее, когда из-за ситуации в Ливии — инцидент в Бенгази, — в отношение неё было проведено 8(ВОСЕМЬ!!!) парламентских проверок, но только ДЕВЯТАЯ смогла хоть как-нибудь что-то приплести. Доказать её исключительную виновность в провале оказалось невозможно, пришлось Клинтон мирно отпустить в отставку.

Остается вопрос, сколько же писем из более 30 тысяч почтовых сообщений Клинтон представляли собой секретные сведения? Письма, кстати, можно прочитать здесь. На данный момент известно, что это около 200-т писем. Из них некоторая часть была рассекречены, а из оставшихся: 22 — особо секретные (высший уровень секретности), 37 — секретные (средний), 37 — конфиденциальные (низший).

Наиболее секретные сообщения касаются программы применения дронов и Северной Кореи.

Стоит при этом отметить, что Директор Национальной разведки решил вообще отметить низший уровень секретности в силу того, что это чаще всего информация, которая никакой ценности не представляет.

Таким образом, остаются несколько десятков писем. Казалось бы, сколько бы их ни было — всё равно сколько, — надо проводить проверку и примерно наказать Клинтон. Однако же нет. Дело в том, что секретная корреспонденция должна быть оформлена соответствующим образом.

БИНГО! Письма, которыми обменивалась Клинтон со своего ящика не были оформлены надлежащим образом. Говоря иными словами — она вообще не знала, что это секретные письма. Иными словами, от Клинтон мы должны перейти к организации секретных правительственных коммуникаций, её проверки и т. д. Иными словами, так или иначе, это будет по касательной задевать уже самого Коми.

Еще по теме:  Обзор #7. Цифирь Трампа против "украденных ведьмой голосов".

Остается ещё проблема с отдельным сервером. И тут начинается типичная американская политика — дело в том, что Клинтон не отдавала приказа выделить себе отдельный сервер. Это сделали её сотрудники без согласования с ней, что, в силу определенной трактовки вполне определенных законов снимает с неё вину и за организацию сервера.

На правах рекламы — учите УК и УПК, дети, и быть может вам будет счастью. Хотя — вряд ли.

Второй момент, насколько сервер был защищен? Как выяснили ФБРовцы — эта защита была на вполне приемлемом уровне, не хуже чем у почтового сервера Госдепа, сайт которого взламывают все кому ни лень. А вообще, первым Госсекретарем, который стал использовать госдеповский почтовый сервер стал Джон Керри. Ни Райс, ни Пауэлл не использовали его для писем. И ничего, обошлось всё.

Подозрения, что она что-то утаивала на этом сервере, вообще скрывала какую-то рабочую почту — так же не подтвердились. Нет, ну может быть, она что-то и скрывала, но ФБР ничего не нашло и не предъявило, так что — они сами себе злобные бурраттини.

В общем, как и в случае с «бенгазийским расследованием», когда, как проговорился глава Палаты представителей (республиканец), Клинтон просто хотели политически закопать, в случае расследований её «секретной переписки» — это было политическая акция по уничтожению конкурента. Относится к ней слишком серьёзно не стоит.

Параллельно с Клинтон разыгрывался инцидент с Полом Манафортом (получением тем многомиллионной взятки, когда он был политическим советником экс-президента Януковича), который был главой предвыборного штаба у Трампа. Баш на баш, фактически.

Итак, по состоянию на 28 октября всё было понятно в городе Багдаде: Клинтон уверенно побеждает, с небольшим, но постоянно растущим отрывом. Трамп усиленно делает вид, что сопротивляется, а его сторонники уже рвут на себе рубахи, крича, что они готовы устроить «треш, угар и содомию», лишь бы он победил, чему нет никаких оснований.

И тут директор Коми бросил «грязную», нет не так — сверхгрязную бомбу в застоявшееся политическое болото.

В принципе, что он сделал: он просто написал письмо. Три абзаца в Конгресс, но дальше началась буря. Проблема в том, что Коми пренебрег служебными рекомендациями (ну понятно же, что они носят обязательный характер) и известил Конгресс ненадлежащим образом. Его, что интересно, осудили члены обеих партий, поскольку сразу же стали опасаться, что небольшое письмо, которое не имело к Клинтон никакого отношения, на самом деле, окажет разрушительное воздействие на выборы.

Вы, кстати, поняли верно: начало расследования в отношении некоторых писем, которые имели отношение к письмам Клинтон и которые были найдены у мужа её первой помощницы, не затрагивали Клинтон непосредственно, но имели отношение к прекращенному в отношение её расследованию. Само же ФБР закрыло, а теперь, получается, открыло.

После обнародования письма Коми, машина СМИ закрутилась по полной программе.

СМИ близкие к Трампу раскручивали ситуацию на полную катушку, но какое-то время ситуацию не удавалось сдвинуть с места. А на фоне этого разворачивалась настоящая внутренняя интрига.

Оказалось, что центральный офис ФБР полностью отстранил от работы нью-йоркский офис по делу нарушения местной полицией прав Эрика Гарднера. Это, кстати говоря, идёт полностью в соответствие с его речью годом ранее. И понеслась мощная конспирология, что слив информации о муже помощницы — это месть нью-йоркских вашингтонским.

И пошла гулять информация по сети. И понеслось сарафанное радио.

Итак, Коми нарушил негласные договоренности, которые постоянно соблюдались на самом верху в Вашингтоне, что во время выборов никакая информация, могущая оказать на них воздействие не должна всплыть.

Еще по теме:  Невыученный урок 100-летней давности. "Мигранты-штрейкбрехеры" и Компартия США

Кроме них есть и прямые обязанности ФБР — за 60 дней до конца выборов не обнародовать информацию, которая может повлиять на выбор избирателей. Таким образом, фокус СМИ сместился с Дональда Трампа и оказался прикован, в очередной раз, к Клинтон.

Через пару дней после обнародования письма, как выяснили ушлые сотрудники опросных агентств, ситуация обострилась. Ситуация стала выглядеть крайне неустойчиво, по одним и тем же штатам опросы показывали лидерство основных кандидатам с разницей буквально в 1% — лидировал то Трамп, то Клинтон.

w704

Как вы понимаете, за такое нарушение субординации Коми надо было «примерно наказать» и понеслась. Глава демократического меньшинства в Сенате послал письмо Коми, в котором обвинил его в нарушении закона Хетча, который запрещает политическое вмешательство в выборный процесс со стороны госслужащих (вот у них «гнилая демократия», да). Более того, он пнул его за то, что он не расследует российские связи Трампа, то есть, намекал, что Коми занял определенную позицию и не «ловит мышей» — вместо того, чтобы выводить на чистую воду российских хакеров, которые взломают выборы в пользу Трампа (потому что, мы говорим Трамп — подразумеваем Путин), он наезжает на Клинтон. Короче, утаивает информацию.

В результате, Коми вызвали на ковер в Конгресс. Коми, ясное дело, защищал свою позицию, но многие наблюдатели, включая даже окололиберальных, сочли, что сделанное им было политической ошибкой, которая, как известно, хуже предательства. По итогу слушаний ФБР был вынужден обнародовать часть информации идущего расследования, которая показала, что ничего и нет. Информация противоречивая, доказательств — фактически нет, а та информация, которая есть, её просто не понятно куда приткнуть.

Но машина СМИ работала на полную катушку.

В общем, Коми просто не поняли. Даже ультраправые республиканцы умудрились признать, что директор ФБР творит какую-то полную фигню.

Надо отметить, что мощнейшее давление на Коми оказало определенное воздействие: он «исповедовался» — признал, что мол «мы уверены, Россия вмешивается в избирательный процесс». Правда, доказательств нет. Но будут. Скоро. Ждите.

Вообще, накал безумия в отношение директора просто потрясающий. Одна часть истеблишмента обвиняет его в том, что он не был прав в Июле, когда закрывал расследование в отношении Клинтон, и оказался повторно не прав, когда открыл сейчас. Пол Кругман вообще заявил, что это сговор и заговор, что-то Коми там крутит. И не он один.

Правда, в работе на Трампа никто из серьёзных обозревателей Коми не обвинил, поскольку уж про кого, а про него было известно, что политику Коми ненавидит всеми фибрами души.

Впрочем, нашлись у Коми и защитники и не из рядовых. Правда, из этой защиты получалось, что ФБР вообще формально не закрывало дело против Клинтон. С другой стороны, у Коми не было выбора и ему надо было информировать Конгресс, так как это касалось важного дела, которое формально было закончено, но не закрыто, а теперь вскрылась новая информация и всё заверте…

В общем, за неделю до выбора президента всё смешалось. Демократы, понятное дело, обвиняют уже и Конгресс, что он только гавкает на Коми, а не кусает его. Лагерь Трампа потирает руки и винит «ведьму» во всем. Лагерь Клинтон отвечает криками, что пора бы уже расследовать деятельность этого фашиста, этой гребаной «путинской шестерки».

Что касается граждан США, то они полной грудью вдыхают предвыборное безумие. Некоторые цифры это только подтверждают.

Например, в Северной Каролине, штате, в котором Трамп ожесточенно борется с Клинтон, один опрос показывает его преимущество — 51% к 44%, а другой — отставание (41% к 42%). В тоже время, опрос Гэллап показывает, что большинство всё же больше доверяет Клинтон — 51% к 32%.

Что у нас в сухом остатке? Директор ФБР, как его все, включая либералов, характеризуют, честный служака, попал в оборот — совершил большую политическую ошибку. Причем, как говорят многие — дважды. А некоторые — трижды, закрыл дело против Манафорта.

Формальная отписка стала началом цунами, которое дало свежие силы Трампу, чтобы он продолжил свою компанию.

Ах да, граждане США — с ними все хорошо. В свободном Арканаре очень свободно живется и есть только одна проблема — постоянная промывка мозгов. Теперь, к Клинтон, которая «слила секретную информацию», добавился Трамп, который позволил вмешаться России в американский избирательный процесс. И как итог — оба лагеря запугивают сторонников, что выборы могут украсть, а противник — та ещё сволочь, которой никак нельзя дать придти к власти. А избиратель слушает и балдеет. И, быть может, ждет погромов на следующий день после выборов.

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *