Май 11, 2016

психология

У  простецов регулярно возникает идиотский вопрос: чем диалектическая логика отличается от «обычной» (то есть формальной, булевой алгебры высказываний)? Идиотский он потому, что для человека мала-мала в теме звучит примерно как: «Чем отличаются яблоки от красного цвета и можно ли заменить одно другим?» И не ответишь ведь сходу. В особенности если человек не имеет понятия ни о фруктах, ни о цветах, ни о цветах спектра.

Аристотелева или формальная логика, которая обычно и  называется логикой в современных учебных планах (раньше это понятие было гораздо шире, я к этому еще вернусь), по другому называется исчислением высказываний. Чтобы приступить к ее  использованию мы должны сначала:

  • Выделить из бесконечно большой и бесконечно сложной Вселенной тот ее маленький фрагмент, о котором мы будем рассуждать,
  • Определить элементарные факты и явления (это яблоко, сегодняшний дождь),
  • Определить абстрактные понятия или классы явлений (яблоки вообще, фрукты вообще, цвета и цветы),
  • Определить высказывания об этих понятиях или предикаты (яблоко красное, великая теорема Ферма верна, E=MC^2 ),
  • Определить набор допустимых правил вывода одних суждений из других.

И вот только построив в своей голове всю эту развесистую иерархию, мы можем приступить к «логическому мышлению». Как известно любому программисту, к этому времени часто бывает уже слишком поздно. При самой отточенной и изощренной  логике кривая система понятий может сделать вывод самых простых взаимосвязей невероятно сложным. А если система еще и неполна — то и вовсе невозможной. Скажем, всего лишь неудачный выбор системы отсчета (мелочь на фоне всего вышеперечисленного) принуждал астрономов, принимавших Птолемееву геоцентрическую систему мира, накручивать бесконечные эпициклы и практически  лишал возможности как-то физически объяснить наблюдаемое.

Диалектика не посягает на «логическое мышление» такого рода.  Если аристотелева логика озабочена надежностью движения от посылок к следствиям в рамках определенной формальной модели мира, то диалектическая логика предоставляет нам инструменты для построения эффективных формальных моделей. Таких, которые, во первых, полны, то есть включают в себя всё необходимое, а во вторых просты, так чтобы важные выводы в них также были просты и прямолинейны.

В по настоящему хорошей модели тебе не понадобится доказательства в сто страниц математических формул, все важные выводы следуют из определений на первом-втором шаге. Так что если ты владеешь диалектикой, иными словами умеешь правильно ставить вопросы, тебе не понадобится чрезмерно изощряться с логикой формальной в поисках ответа. Только в этом отношении можно говорить о «замене формальной логики диалектической».

С другой стороны диалектика может указывать на неприменимость формально-логических конструкций к конкретному случаю. Напомню наиболее известный пример такого рода. Формальная логика берет какое-то явление и далее полагает его неизменным на всем протяжении рассуждения, в то время как диалектика указывает, что в реальности никакой предмет невозможно зафиксировать так, чтобы он оставался в точности  неизменным. Можно решать задачки из учебника арифметики  про яблоки у Маши и Пети. Но на самом деле  если сейчас у Пети есть спелое яблоко, то через месяц у него будет гнилое яблоко, а через год — щепотка перегноя. И если мы не упражняемся в арифметике, а на самом деле хотим знать что-то про яблоки  — нас ожидает облом. Можно сказать  «при чем здесь диалектика,  это простой здравый смысл и про это каждый может догадаться». Верно, после того как в это ткнут пальцем, чтобы догадаться, что яблоки не вечны, никакой диалектики не требуется. А вот заметить это не в простейшем примере, а в промежуточном звене рассуждения  из сотен шагов — уже далеко не так просто. Диалектика же помогает нам замечать подобные вещи не случайно, а систематически,  именно тогда, когда это важно. Одно дело, если мы просто решаем арифметические задачки, в этом случае воображаемая сохранность воображаемых яблок нас не особо волнует. И совсем другое, если мы этими яблоками торгуем, не правда ли?

Почему же это тогда называется «логика», спросите вы? Ну как, ведь само слово «логика» изначально означало, да и сейчас означает, науку о правильном мышлении. А правильное мышление состоит не только в том, чтобы борзо рассуждать по понятиям, но и в том, чтобы установить правильные понятия. Второе даже важнее, если подумать.

Далее. Диалектическая логика  является  одновременно логикой, гносеологией и онтологией. Или, говоря проще, определяет одновременно и правила продуктивного мышления, и наиболее общие принципы устройства самого материального мира. Это очень красивый момент, на котором, к сожалению, советские учебники диамата почти не останавливаются.

В самом деле, если материальный мир не хаотичен, если он всегда сложен из определенных, повторяющихся, закономерных структур, то естественно использовать  эти структуры для теоретического описания/моделирования всех явлений материального мира, от ядерной физики до истории самой философии.  С другой стороны, поскольку мы сами часть этого материального мира, поскольку аппарат (мозг), который мы используем для мышления также материален, то структуры, свойственные миру, свойственны и мышлению. Нам остается только очистить их от исторически накопившихся помех.

Еще по теме:  Сеть воспринимает цензуру как повреждение...

Важное практическое следствие из этой двоякости в том, что все основные принципы и законы диалектики формулируются в терминах  онтологии, как утверждения о закономерностях строения материального мира.  Такое описание диктует сам материал.  Перечислить три закона диалектики, определяющих развитие материи гораздо быстрее и проще, чем составлять списки из десятков частных мыслительных приемов, из этих законов напрямую вытекающих.

Однако для тех, кто приступает к изучению диалектики именно с целью усовершенствовать свое мышление, это может привести к путанице. В особенности если ее, путаницы, активно добиваться, ага. И вот товарищ, вместо того чтобы, скажем, учиться думать — цельно и последовательно, — о природе как о системе, сотканной из бессчетного множества взаимопереплетенных, объективно существующих, материальных противоречий, учиться выискивать и анализировать их, начинает считать, что он тем больше познал диалектику, чем больше его собственное мышление запутано и противоречиво. «Я прочитал фанфик про Гарри Поттера и рациональное мышление и регулярно лайкаю в фейсбуке Панчина, — расказывает он поклонницам. — Наверное  все дело в том, что я слишком умный для диалектики».  Даже не будучи лично знакомым, могу  успокоить — не слишком.  Люди, обладающие действительно незаурядным умом, не имеют привычки жаловаться на его избыток и не упускают случая увеличить эффективность своего мышления.

Далее. Диалектика безусловно не есть волшебная машинка, автоматически выдающая точный  ответ на любой вопрос, который кому-либо вздумается задать. Собственно, мне вообще не известны никакие мыслительные инструменты, которые бы позиционировали себя как машинка для генерации ответов на идиотские вопросы.  Однако именно диалектике такие претензии предъявляют регулярно, несмотря на абсурдность самой постановки вопроса.  Диалектика, напротив, есть средство, помогающее задать правильные вопросы. Собственно, греческое выражение, от которого слово «диалектика» происходит, как раз и означает искусство задавать вопросы. А уж будут ответы на эти вопросы гениальны или дебильны — это не от диалектики зависит. Увы, но если вы идиот, диалектика бессильна сделать вас гением.

Приведу несколько примеров.

В основе диалектики лежит универсальное понятия развития, изменения, движения, или,  как принято говорить на гегельянском жаргоне, становления. Как говорил  основатель диалектики Гераклит Темный,  «все течет, все меняется».

А вот как формулирует это же самое товарищ Сталин: «В противоположность метафизике диалектика рассматривает природу не как состояние покоя и неподвижности, застоя и неизменяемости, а как состояние непрерывного движения и изменения, непрерывного обновления и развития, где всегда что-то возникает и развивается, что-то разрушается и отживает свой век».

Какие требования к нашему мышлению мы можем вывести из этого принципа? Какие необходимые вопросы мы должны в связи с этим задавать? Ну, вот некоторые:

  • Не бывает вечных истин. Также не бывает вечных фактов и вечных понятий. К какому историческому (геологическому, космологическому) периоду  применимы используемые в рассуждении понятия?
  • Как возникла рассматриваемая ситуация? Что было до нее?
  • Как рассматриваемая ситуация изменяется сейчас? Куда она движется?

Все это пока довольно просто. В некоторых случаях может показаться, что это лишняя работа, что всякие исторические экскурсы — это бесполезная трата времени, и что те изменения,  которые мы можем перечислить, совершенно неважны для решения задачи.  Это не так. Да, довольно часто  ответы на эти вопросы  не будут использованы вами в рассуждениях непосредственно. Однако они почти всегда повлияют на то, каких рассуждений у вас не будет, на те варианты, которые вы не будете даже рассматривать за их очевидной для вас теперь бессмысленностью. В большинстве случаев дисциплина ума как раз и ценна не тем, что она  выхватывает из воздуха единственный верный вариант, но тем, что она позволяет даже не задумываться о 99 вариантах заведомо ложных.

Наша цель, повторюсь, состоит не в том, чтобы научить читателя диалектике, а в том, чтобы дать некоторое предварительное представление, какого рода знание она дает. Диамат, как известно, это такая наука, которая «не может быть изложена ни кратко, ни популярно, ни по французски», даже самое компактное изложение занимает толстые тома. Понятия понятия, бытия, материи, движения, количества, качества, категории, противоречия, снятия, меры  имеют в диамате вполне строгие определения,  усвоение их составляет изрядную часть обучения, и без них полноценного владения диалектикой невозможно. И если ты не знаешь назубок пять видов бытия и три вида небытия и не умеешь с завязанными глазами отличить их  друг от друга — диамат ты толком не усвоил. Однако мы плюнем на крайнюю приблизительность наших рассуждений  и  для следующего примера возьмем сразу что-нибудь попсовое. Закон единства и борьбы противоположностей, например.

Еще по теме:  Ученые: планете угрожает новый штамм людей, устойчивых к фактам

У закона есть несколько формулировок, делающих акцент на различных нюансах.  Возьмем на этот раз у Ленина: “Единство противоположностей есть признание (открытие) противоречивых, взаимоисключающих, противоположных тенденций во всех явлениях и процессах природы. Развитие есть  борьба противоположностей. ”

Какие практические приемы мышления мы можем вывести на этот раз?

(Здесь и далее мы будем использовать более привычное технарскому уху слово “движение”, понимая под ним, как принято в диамате, не только перемещение физического тела в пространстве, но и любое развитие, изменение, превращение — от ядерной или химической реакции до развития эстетических представлений в романтизме).

  • Любое движение есть результат существующего в природе  противоречия. Изучая движение  перво-наперво следует выяснить — каким противоречием это движение порождается.
  • Любое противоречие порождает движение. Обнаружив противоречие в природе, следует понять, какое именно движение оно порождает.
  • Любое движение всегда порождается парой  противоположных тенденций.  Если мы видим движение и одну из вызывающих ее сил, нам следует выяснить вторую.
  • Движение существует, пока существуют породившие его противоречивые тенденции. Невозможна ситуация, при которой противоречие осталось, а движение прекратилось. Невозможна ситуация, когда противоречие исчезло, а движение, в той же самой форме, продолжается. Не следует предполагать такого в рассуждениях.
  • Чтобы получить полную картину явления, мы должны найти такую точку зрения, с которой  противоположные тенденции в чем-то  едины, однородны. Проводя программистскую метафору — определить такой класс, которому будут наследовать обе стороны противоречия.

Простенький  пример из энгельсовской «Диалектики природы», на котором вы можете проверить себя. Орбитальное движение планет. Первая тенденция — сила тяготения. Вторая тенденция — инерция. Будучи  разнонаправленны, они вступают в противоречие. Это противоречие порождает движение планет по орбитам. Обе силы зависят от массы тела, на которое действуют.  Движение будет продолжаться до тех пор, пока одна или обе из сил не исчерпаются в пользу какой-то третьей силы (например, трения об атмосферу).

Это лишь небольшая часть практических приемов мышления, которые можно вывести из закона единства и борьбы противоположностей.  В американской традиции руководств по успеху в жизни в каждой главе провозглашается какое-нибудь правило поведения. Следуя всем правилам можно прийти к успеху.  В диамате такие правила создаются по необходимости, исходя из представлений об общих законах существования и развития материи.

И наконец последний «хитрый вопрос», который любят задавать критики диалектики: «Чем докажешь?!!» Откуда вы, мол, знаете, что фундаментальные законы существования материи/законы мышления такие, а не какие-нибудь другие. Почему, например, у противоречия две стороны, а не три или пять  (как развивал когда-то А. Ф.  Лосев)? Ответ их, боюсь, разочарует своей тривиальностью. Верность принципов диалектики доказывается практикой, доказывается историческим опытом человечества. Ровно тем же образом, которым доказывается трехмерность нашего мира, законы сохранения в физике или любое другое теоретическое  знание, которое за время своего существования накопило человечество.

Тут есть некая проблема, не спорю, только к диалектике эта проблема отношения не имеет. У людей имеется тяга к простым, легким для понимания, дающим гарантированный результат рецептам. И наука дает людям такие рецепты для многих вещей. Для деления столбиком, для решения дифференциальных уравнений, для расчета мостов и составления карт. Но вот сам процесс познания, установления новых законов понятий и принципов (а не простого накопления фактов) сведен к единому общему  рецепту быть не может (частных рецептов, конечно, навалом). Это невозможно принципиально. В правильности новой теории мы, в общем случае,  можем удостовериться только постфактум, из практического опыта общества, использующего новую теорию для решения практических задач. Но спрос на простые, легкие для понимания решения сложных проблем не уменьшается. В особенности среди людей, изучавших принципы научной деятельности по гаррипоттеру, ага.

Неудивительно, что  в  последнее время развелось множество  шарлатанов, которые под внушительной вывеской “Единственного Истинно-Правильного Научного Метода”  торгуют наборами заклинаний и ритуалов разной степени бессмысленности. И их адепты требуют от диалектики доказательств именно с помощью излюбленного ими набора ритуалов, вроде пресловутой «фальсификации по Попперу». В принципе, не исключено, что такое доказательство возможно и прикола ради это можно было бы и обсудить. А что, переводили же «Гамлета» на блатную феню. Но практически гораздо важнее  разобраться с самими шарлатанами. Это, впрочем, тема для другого, долгого-долгого разговора.

LQP

Литература

И.В.Сталин. О диалектическом и историческом материализме.

В.И.Ленин. К вопросу о диалектике.

Э.В. Ильенков. Диалектическая логика. Очерки истории и теории.

 

Tagged with:    

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *