Июль 9, 2015

igil

Как ни странно, но мало кто обратил внимание на недавнее сообщение — о том, что «Имарат Кавказ» в полном составе вошёл в состав «Исламского государства». Присягу на верность халифу Абу-Бакру аль Багдади принесли все лидеры «Имарата» во главе с его нынешним главой Мухаммадом Сулеймановым, также известным как «амир Абу Усман Гимринский».
Что это означает? Это значит, что «Всемирный Халифат», он же «Исламское государство», он же ИГИЛ, отныне претендует и на часть бывших советских территорий, и де-факто находится в состоянии войны с Россией, нравится нам это или нет. Можно сколько угодно не признавать это образование «настоящим государством», но игнорировать его как объективную реальность, конечно, было бы предельно глупо. Россия ещё может «не явиться» на войну на Ближний Восток, однако на Кавказе этот манёвр ей едва ли удастся.
Но мне бы хотелось остановиться немножко на другой стороне дела. Многие ли помнят, что провозглашение независимости Ичкерии в сентябре 1991 года происходило не то что под светскими, но и под советскими лозунгами? «Мы не выходили из СССР», — любил повторять генерал Советской армии Джохар Дудаев в первые годы своего правления в Грозном. В смысле: Россия вышла из СССР, а вот Чечня выходить не стала, потому и оказалась вне России. До 1993 года в Ичкерии принимали военную присягу по советской формуле, носили форму Советской армии.
Позднее Ичкерия по части идей проэволюционировала к лозунгу т. н. «светской демократической Ичкерии», под которым сепаратисты воевали при позднем Дудаеве, затем — к шариатской Чечне Аслана Масхадова, а потом и к «эмирату Кавказ» — уже совершенно реакционному проекту клерикально-мракобесного толка. Но оказалось, что и это не предел, и сейчас мы видим последнюю (хотя ещё последнюю ли?) ступеньку этой регрессивной эволюции — превращение «эмирата Кавказ» (или «имарата», как говорят его сторонники) в часть «Всемирного Халифата», свалившегося на голову человечества откуда-то из раннего средневековья, только вооружённого уже не луками-стрелами и деревянными катапультами, а современным оружием и техникой.
Иначе говоря, эволюция сепаратизма на Северном Кавказе шла только в одном направлении — к большей реакции. От советских ценностей — к буржуазным, от буржуазных — к клерикально-феодальным, а от них — к рабовладельческим.
Но только на одном ли северном Кавказе? Посмотрим на судьбу более крупных образований, отделившихся от СССР — например, всех бывших союзных республик. Там всюду тоже шла ровно такая же эволюция, ну, пусть не столь быстро и ещё не столь далеко (во всемирный халифат большинству из них вливаться пока рановато), но направление-то было однозначное: «Вперёд, в прошлое!». К примеру, в Узбекистане, который до сих пор возглавляет бывший член Политбюро ЦК КПСС Ислам Каримов, основой государственной идеологии стал культ великого эмира Тимура-Тамерлана (XIV век), который гражданам СССР лучше всего запомнился по краткой характеристике, данной ему в повести Аркадия Гайдара «Тимур и его команда»: «это один царь такой, — злой, хромой, из средней истории».
В России, как известно, недолгое обращение к послефевральской России (лишённый корон двуглавый орёл, сохранившийся до сих пор на российских монетах, позаимствован с герба Временного правительства) сменилось навязчивым хрустением французской булки и апологетикой РКМП — царской «России, которую мы потеряли». Там мы по «идейной части» пока и пребываем, хотя от воспевания «царя-освободителя» Александра Второго плавно перешли к воспеванию его августейшего батюшки Николая Первого, при котором цвело крепостное право — этот, по словам потомственного аристократа Никиты Михалкова, «патриотизм, закреплённый на бумаге». Но если кто-то полагает, что это предел реакции, то он сильно ошибается — ведь сейчас фактически стоит вопрос о переходе к средневековью, с его феодальной раздробленностью и бесконечными междоусобными войнами мелких князьков.
Всем сторонникам дробления и разделения, которое шло и идёт на развалинах СССР, стоит задуматься (если, конечно, есть чем) — почему так происходило? Что это: случайность, игра судьбы, или нечто закономерное?
Мой ответ — это вовсе не случайность. Распад крупных государств имеет свои законы: сначала целое дробится на части, потом эти части, в свою очередь, дробятся на куски. Это занимает десятилетия, а иногда и столетия; в этом смысле мы все до сих пор присутствуем при продолжающемся распаде СССР. И процесс этот (распад СССР) с самого начала объективно носил сугубо реакционный характер. Ну, а реакция требует от своих выразителей говорить соответствующим языком. Поэтому вначале политический язык XX века (советский, социалистический, в области идей — светский и атеистический) сменился повсюду буржуазно-демократическим языком примерно столетней давности. А потом был извлечён на божий свет ещё более замшелый язык клерикально-монархической эпохи (православие, самодержавие, народность и т.п.). А теперь уже и он кажется нестерпимо передовым, и реакция заставляет позавчерашних комсомольцев и пионеров говорить на языке раннего средневековья (что мы наиболее ясно видим на примере бывшего «Имарата Кавказ»). Ну, а что будет завтра? Вот ИГИЛ уже проводит казни в античных амфитеатрах аккурат в стиле эпохи рабовладения, и открыто торгует на базаре юными рабынями — христианскими девушками…
Так что теперь — как говаривали в эпоху перестройки, «дальше, дальше, дальше»?..
Главное, что следует понять: этот процесс скатывания в средневековье и рабовладельческую античность — и стран СССР, и всего мира — был запущен в тот момент, когда от советского социализма (при всех его несовершенствах и недостатках) был совершён шажок в сторону буржуазной демократии. Это и привело в действие ту мясорубку мировой реакции, фаршем в которой уже оказались многие, но ещё более многие рискуют оказаться в самом скором времени. Часы истории остановились и двинулись назад в самый, вероятно, мрачный день XX века, когда над Московским Кремлём впервые с 1918 года был спущен красный флаг. Причём значительная часть населения СССР даже не восприняла это событие как что-то трагическое. Но в тот день были предопределены все исторические станции, которые мы сейчас (в разных областях бывшего СССР) пролетаем в своём падении в глубь веков — дооктябрьская Россия… империя Романовых… империя Тимуридов… Исламский Халифат… И если мы не хотим продолжать это падение (рискуя закончить жизнь с ошейником на шее, на работах в каменоломнях по возведению пирамиды какого-нибудь «Великого и могучего Утёса, сверкающего боя, с одной ногой на небе, другой — на земле»…) тогда начать надо с малого: признать этот факт. Признать, что все и всяческие грёзы о счастливом дореволюционном прошлом, «которое мы потеряли», то ли в двадцатом, то ли в четырнадцатом, то ли в шестом веке, во всех их видах и разновидностях, были тяжёлой и даже смертельной болезнью, с которой надо решительно бороться. Когда и если красный революционный флаг, поднятый над Парижем в 1871 году, Петроградом в 1917-м, Владивостоком в 1922-м, Берлином в 1945-м… вновь будет поднят в качестве флага победившей революции где-то на этих обширных пространствах, над которыми он когда-то развевался — вот тогда это будущее и начнётся. Остановившиеся и крутящиеся сейчас назад часы мировой истории вновь пойдут впёред, а жители этих территорий смогут вздохнуть с облегчением: по крайней мере, продажа на невольничьем рынке или зверская казнь на арене античного амфитеатра перестанут быть логичной жизненной перспективой для них и их детей.

Еще по теме:  Убийство Комбрига

 

Автор — maysuryan

About the author /


Related Articles

Post your comments

Your email address will not be published. Required fields are marked *